В Узбекистане открыли специальную майнинг-зону

Представьте: вы находитесь в пустыне, вокруг — бескрайние степи Каракалпакстана. Вместо юрт и верблюдов — майнинговые фермы. Вместо традиционной торговли — добыча цифрового золота. Звучит как сценарий для фильма про будущее? Отнюдь. Это Узбекистан 2026 года.

8 июля 2026 года Министерство юстиции Республики Узбекистан зарегистрировало Положение о порядке регистрации и деятельности резидентов специальной майнинговой зоны «Besqala Mining Valley» (рег. № 3893). Документ разработало Национальное агентство перспективных проектов (НАПП). Он официально запускает самый амбициозный крипто-проект на постсоветском пространстве.

Но что на самом деле стоит за этими сухими формулировками? Почему Узбекистан решился на такой шаг и кто сможет стать частью этого проекта? Давайте разбираться.

Вся республика как одна майнинг-ферма: масштаб Besqala Mining Valley

Ключевой факт, который многие упускают: территорией специальной зоны является вся территория Каракалпакстана. Это не отдельный технопарк и не специально отведённый участок. Это 166 тысяч квадратных километров — почти вся площадь Узбекистана за пределами основной части страны.

Для сравнения: площадь Каракалпакстана больше, чем Греция или Болгария. И теперь на всей этой территории можно легально добывать криптовалюту. Масштаб проекта поражает воображение.

«Создание специальной майнинговой зоны направлено на повышение инвестиционной привлекательности Республики Каракалпакстан и увеличение доходов населения путём создания новых рабочих мест», — говорится в официальном сообщении НАПП.

Как Узбекистан пришёл к этому: от запретов к легализации

Путь Узбекистана к легальному майнингу был долгим и извилистым. Ещё несколько лет назад криптовалюта в стране находилась в правовой серой зоне (напомним, что в 2024 году майнинг был под фактическим запретом). Но в апреле 2026 года президент Шавкат Мирзиёев подписал постановление № ПП-143 «О мерах по созданию и организации деятельности специальной майнинговой зоны на территории Республики Каракалпакстан».

Этот документ стал точкой невозврата. Узбекистан не просто разрешил майнинг — он создал для него полноценную инфраструктуру и правовую базу. По сути, страна сказала: «Мы не будем бороться с криптовалютой. Мы будем на ней зарабатывать».

И вот, спустя три месяца после подписания постановления, появились детальные правила игры.

Кто может стать резидентом: правила для входа

Получить статус резидента Besqala Mining Valley могут только юридические лица, зарегистрированные и осуществляющие деятельность на территории Каракалпакстана. Физическим лицам вход закрыт — это зона для бизнеса, а не для частных майнеров с одной видеокартой.

Процедура регистрации выглядит так:

Важный нюанс: за рассмотрение заявления о регистрации сбор не взимается. Государство не берёт денег за вход — оно заинтересовано в притоке инвесторов.

Налоговый рай до 2035 года: главный козырь Узбекистана

Самый привлекательный пункт для потенциальных инвесторов — полное освобождение от налогов и сборов на срок до 1 января 2035 года. Прибыль компаний от майнинга не облагается налогом. Как правило, подобные льготы действуют не более 5 лет, но здесь срок впечатляет — целых 9 лет.

Вместо налогов резиденты обязаны ежемесячно выплачивать один процент от своих доходов в пользу дирекции площадки. Эти деньги затем направляются в республиканский бюджет. Простая и прозрачная схема: государство получает свою долю, бизнес — практически полную свободу.

Доходы от майнинга подлежат обязательному зачислению на банковские счета внутри страны. Это делает экономику более прозрачной и позволяет отслеживать движение капитала.

Продажа криптоактивов: куда и как

Резиденты Besqala Mining Valley имеют право не только добывать, но и продавать и обменивать криптоактивы — как на локальных, так и на международных площадках.

Это важный момент, который делает зону по-настоящему привлекательной. Компании могут:

• Продавать добытые криптоактивы через национальные криптобиржи Узбекистана;
• Выводить их на зарубежные платформы;
• Заключать прямые договоры с покупателями;
• Обменивать криптовалюту на другие ликвидные цифровые активы.

Таким образом, Узбекистан создаёт не просто зону для майнинга, а полноценную экосистему для оборота цифровых активов.

Энергетический парадокс: двойной тариф и зелёная энергия

Энергетика — это ахиллесова пята майнинга. Узбекистан решил эту проблему нестандартно.

Резидентам разрешено использовать электроэнергию из Единой электроэнергетической системы. Но за это придётся платить по двойному тарифу — с применением двукратного повышающего коэффициента к установленному тарифу. Однако есть альтернатива.

Узбекистан делает мощную ставку на зелёную энергетику. Положение прямо разрешает использование электрической энергии, произведенной:

• всеми видами возобновляемых источников энергии (солнце, ветер, вода);
• водородными электростанциями;
• путём освоения нерентабельных и истощающихся месторождений углеводородов;
• с месторождений с отсутствующей или устаревшей транспортной инфраструктурой.

Это гениальный ход. Вместо того чтобы нагружать общую энергосистему, Узбекистан стимулирует развитие альтернативной энергетики в регионе. Солнечные панели в пустыне Каракалпакстана — это не только экологично, но и экономически выгодно.

Есть ли аналоги в мире?

Узбекистан не первый, кто создаёт специальные зоны для крипто-майнинга. Но масштаб проекта уникален.

В США, например, майнинг-фермы активно развиваются в Техасе, где дешёвая электроэнергия и свободный рынок привлекают инвесторов. Однако это не государственный проект — это частная инициатива.

В Казахстане майнинг долгое время существовал в правовой серой зоне, а после введения налогов и ограничений многие компании ушли.

В России майнинг легализован, но без специальных налоговых зон и преференций.

Узбекистан пошёл по пути государственно-ориентированного подхода: чёткие правила, налоговые каникулы, инфраструктурная поддержка и акцент на зелёную энергетику. Это делает Besqala Mining Valley одной из самых привлекательных юрисдикций для крипто-майнинга в мире.

Что это значит для экономики Каракалпакстана?

Каракалпакстан — один из самых экономически отсталых регионов Узбекистана. Уровень безработицы здесь традиционно высок, промышленность развита слабо.

Besqala Mining Valley может стать точкой экономического роста для всей республики. Новые рабочие места, приток инвестиций, развитие энергетической инфраструктуры — всё это обещает изменить экономический ландшафт региона.

«Принятие положения направлено на повышение инвестиционной привлекательности Республики Каракалпакстан и увеличение доходов населения путём создания новых рабочих мест», — подчёркивается в официальном сообщении.

Конечно, есть и риски. Экологические вопросы, нагрузка на энергосистему, возможный перегрев экономики. Но Узбекистан делает ставку на зелёную энергетику и чёткое регулирование, что должно минимизировать негативные последствия.

Ответы на частые вопросы:

Может ли физическое лицо заняться майнингом в Besqala Mining Valley?

Нет, стать резидентом специальной майнинговой зоны могут только юридические лица, зарегистрированные и осуществляющие деятельность на территории Республики Каракалпакстан. Физическим лицам майнинг в рамках зоны недоступен.

Сколько времени занимает регистрация резидента?

Решение о регистрации или об отказе принимается в течение 30 дней со дня подачи заявления. При этом за рассмотрение заявления сбор не взимается.

Какие налоги платят резиденты Besqala Mining Valley?

До 1 января 2035 года доходы резидентов от майнинговой деятельности полностью освобождаются от налогов и сборов. Вместо налогов они ежемесячно выплачивают 1% от доходов в пользу дирекции площадки.

Можно ли продавать добытую криптовалюту за пределами Узбекистана?

Да, резиденты имеют право продавать криптоактивы через зарубежные платформы, а также по прямым договорам и на национальных криптобиржах.

Почему для майнинга установлен двойной тариф на электроэнергию?

Двойной тариф стимулирует резидентов использовать возобновляемые источники энергии и не создавать избыточную нагрузку на единую энергосистему. При использовании зелёной энергии этот тариф не применяется.

Заключение: Узбекистан делает историческую ставку

Besqala Mining Valley — это не просто новость об утверждении очередного положения. Это тектонический сдвиг в экономической политике Узбекистана. Страна, которая ещё недавно с подозрением относилась к криптовалютам, теперь создаёт одну из самых либеральных юрисдикций для майнинга в мире.

Да, есть риски. Да, есть вопросы к энергетике и экологии. Но амбиции проекта впечатляют. Если Узбекистану удастся реализовать задуманное, Каракалпакстан может превратиться из депрессивного региона в мировой центр крипто-индустрии.

И кто знает — может быть, через несколько лет слово «Каракалпакстан» будет ассоциироваться не с пустыней и Аральским морем, а с биткоинами, майнинговыми фермами и налоговым раем для крипто-предпринимателей.